28 декабря 2024 года президент Российской Федерации Владимир Путин удостоил Людмилу Анатольевну Гордиенко почётным званием «Мать-героиня» с формулировкой «За большие заслуги в укреплении института семьи и воспитании детей».8 июля 2025 года губернатор Воронежской области Александр Гусев и митрополит Воронежский и Лискинский
В сентябре 2025 года Людмила Анатольевна Гордиенко стала лауреатом Книги Почета Лискинского района в номинации «Материнство». Церемония награждения прошла в День города Лиски на сцене ГДК.
Когда Людмиле Гордиенко было 4 года, врачи сказали её матери страшное: детей у девочки не будет. Сегодня Людмиле Анатольевне сорок три. У неё тринадцать детей и в феврале родится первый внук. Самому младшему сейчас год и три месяца, а старшему в феврале будет 24 года.
Её история началась в шумном Кишинёве, столице солнечной Молдавии, в семье ветерана войны. Дед, раненый на фронте, остался в Кишеневе, женился, осел. Потом были переезд на Украину и — Чернобыль.
— После аварии на Чернобыльской АЭС родителям прямо сказали: если хотите, чтобы дети остались живы — уезжайте, — вспоминает Людмила. — Я тогда очень сильно болела. Лежала месяц в реанимации. Лёгкие были сожжены радиацией. Меня лечили в Одессе, в институте. Пробовали всё — как на подопытном кролике.
В 1989 году семья переехала в Лискинский район. Людмиле было шесть лет. Отец — хороший водитель — сразу получил работу. Мать устроилась дояркой. В семье было пятеро детей.
Людмила с юности мечтала о небе. Она видела себя стюардессой — с лёгкой походкой, модельной внешностью, свободно говорящей на двух языках. Но жизнь распорядилась иначе: едва окончив школу, она вынуждена была сразу пойти работать — не по мечте, а по необходимости. Времена были тяжёлые: зарплаты не платили, денег не было. Людмила устроилась санитаркой в реанимацию Лискинской ЦРБ. Хотела выучиться на медсестру — предлагали курсы в Воронеже. Но начались декреты. Один ребёнок. Второй. Потом третий.
«Мы с мужем Евгением до свадьбы даже не встречались — у нас было дистанционное общение. Это воспитание такое, строгое», — улыбается Людмила Анатольевна. Они познакомились в церкви — оба верующие. Её отец — крепкий, настоящий русский мужик, мечтавший, что дочь останется с родителями («я ведь чудом выжила после Чернобыля»), был против брака. «Он даже запер меня на кухне, дал мешок фасоли: сиди, перебирай, думай. Я перебрала. И сказала: нет, пап, я дала ему слово».
Продолжение читайте в журнале "Лиски" №37 январь 2026.