Александр Денисов - художник ЛискиКомнатёнка старенькой избы с отваленной взрывом штукатуркой. Полузаколоченное грубыми досками окно. Сиротливая грядушка железной кровати да случайно уцелевший в оккупационную зиму стол – нехитрый скарб материнского дома. На полу – хищно лоснящиеся россыпи стрелянных немецких гильз («Мы с матушкой пригоршнями их из избы выгребали»).

«Вернулись» - коротко, как выстрел, назовёт художник Денисов эту единственную, пожалуй, в его творчестве свинцово-хмурую картину. Но этот свинец военного младенчества его не станет изгоем из ряда его пронзительно-светлы последующих полотен. Скорее он реалистично-правдивый фон их. Потому что мастер лиричной кисти и начинался вот с этого подоконника, где он часами стоял, вглядываясь в пейзажи маленькой родины, где «краски не ярки и звуки не резки». И этот подоконник дома материнского, и расписанные робкими детскими ручонками углем да мелом полы и стены его – они-то и были первой «творческой мастерской» художника Денисова, которому потом за реалистичную правдивость его кисти будут благодарно жать руку российские художественные академики.

Александр Денисов - художник ЛискиСудьба не раз расставит потом на многотрудном пути художника Денисова судьбоносные встречи. Школьный учитель рисования Тихон Иванович Шуваев. Художник Алексей Стефанович Легостаев, с которым пацанёнок-подмастерье с самодельным этюдником впускал в своё сердце памятливое и нижнедевицкие холмы с чебрецом, и ласковую шалунью Девицу-речку, и Занин пруд со старой мельницей («Всё, что я наблюдал в природе, накапливалось в душе»). Копились, кристаллизуясь, и крупинки опыта, почерпнутого от учителей. Уже в Курском художественном училище – встреча с воронежскими художниками, которые «были близки мне по духу реалистического восприятия окружающего мира». После училища – учительство в Троекуровской школе-интернате под Липецком.

Растёт семья, копится опыт, нуждающийся в выходе «в люди». Такой выход уже созревшему таланту художника мог бы открыть областной Липецк, где Денисов начинает работать художником-оформителем. Но... прошёл старинный город мимо своего счастья открытия самородка-художника, надменно застегнувшись от него на все свои снобистские пуговицы. Поэтому «целые чемоданы эскизов раздавал друзьям и знакомым». Липецкая художественная элита с барской надменностью не спешила признавать и пускать картины Денисова даже на коллективные выставки. Всё же на одну из них с 15-ю работами ему удалось прорваться сквозь кислые мины выставкомов. Полотна поражали светлейшим оптимизмом узнаваемых пейзажей, но признать в Денисове собрата «гении губернского розлива» не спешили. И лишь художник-мэтр из Тамбова кинул камень в немое болото: «Вряд ли кому из здесь присутствующих по силам сделать так, как у Денисова!».

А потом было знакомство с членом-корреспондентом Академии художеств, народным художником РСФСР Б.В. Щербаковым. Увидев полотна А. Денисова, мэтр не сдержал своего восхищения: «Да вы, батенька, художник! И притом – настоящий!».

Александр Денисов - художник Лиски - Переезжее

В неласковое бытие художника постучался господин Случай (если только в жизни бывают случайности). В пору удручающего безденежья, узнав, что в Москве открылся Арбат, жена и сын Андрей повезли туда продать несколько этюдов. Прелесть пейзажей воронежской глубинки, любовно выписанных талантливой кистью, растопила асфальт Арбата: этюды взяли в плен генеральские лампасы с Петровки. Большие чины попросили Денисова приехать в Москву с новыми этюдами. Их, 19-ть, и разложил Александр Георгиевич в одной из безразмерных комнат помпезного здания. Смотреть их вышел президент «Стройтрансгаза» («дочки» «Газпрома») Арнгольт Беккер. Поражённый, воскликнул: «Берём все!». Сумму по тем временам дали фантастическую. Предложили сотрудничество. В центре столицы купили ему трехкомнатную квартиру с видом на французское посольство, а на Истринском водохранилище – шикарнейшую дачу. Организовали великолепную мастерскую. От предложенной машины не избалованный роскошью и вниманием художник застенчиво отказался.

С помощью неожиданных спонсоров для картин А.Денисов открываются двери персональных выставок в Доме медика в Москве, в Верховном Совете, дважды – в Центральном Доме художника, в германском Бресене. Его полотна руководители «Стройтрансгаза» преподносят своим многочисленным зарубежным партнёрам, в том числе немецкому консулу и представителям корпорации «Мерседес».

Денисов - зимний закат

А в Липецк не обидчивый художник Денисов всё же вернулся персональной выставкой работ в канун своего 50-летия! И поражённые чистотой кисти Денисова-мастера липчане напишут о нём: «Уровень представленных работ свидетельствует о том, что А. Денисов сформировался как художник со своей манерой живописи: он тонко чувствует нерв жизни, не фальшивит даже в деталях. Словом, перед земляками А. Денисов предстал зрелым мастером...». И это признательное откровение, как запоздалое «Прости!». За былое неприятие. За пронзительный «Портрет матери», уехавший во Францию мимо липецких выставочных галерей. За чудную мелодию среднерусских пейзажей, согревающих ныне Норвегию, Англию, Финляндию, Италию, Арабские Эмираты.

Вглядись, зритель, в родниковые души и светлые очи его полотняно-лиричных пейзажей и без подсказки поймёшь: в его руках – кисть-любовь, кисть-рифма и лира, созвучная тонким звоночком настроениям неба, косогора, морщинкам на лицах портретных героев и даже иссохшей осенней былинке.

Денисов - натюрморт «Живая рыба»

К счастью лискинцев, послушать самобытную денисовскую кисть-рифму им удалось в 2005 году на его первой выставке, организованной Лискинским историко-краеведческим музеем. И есть шанс увидеть ещё не раз. Обрамлённое роскошью природы Переезжее – родина Надежды Ивановны – прикипело к сердцу и кисти и Александра Георгиевича. И здесь кисть его трудолюбивая и пронзительная любовно и изящно поёт душевно-мелодичные гимны и «Вдали Щучьему», и «Красному шпилю», и «Старому руслу Дона», и донским щукам, вживую выбросившимся из седых волн реки в натюрморт «Живая рыба». Любовно звенит струна кисти. Значит, жизнь продолжается.

Лиски 2013.